//Коллективную оборону НАТО странам-провокаторам?
„Az ukrajnai háború abszolutizálása – céljának megfelelően – jelentős morális hátteret biztosít az orosz infrastrukturális célpontok, személyek elleni terrorcselekmények végrehajtásához” #moszkvater

Коллективную оборону НАТО странам-провокаторам?

MEGOSZTÁS

Адаптация риторики стран-членов НАТО к их собственным национальным возможностям во многом способствовало бы укреплению европейской стабильности и улучшению морального климата в отношениях между европейскими государствами. Они бы выбрали войну в качестве инструмента только в том случае, если бы могли выиграть ее своими собственными средствами. Это справедливо и для Украины, не являющейся членом НАТО: лучше было бы выполнить Минские соглашения и позже подписать Стамбульские договоренности, чем делать ставку на заведомо проигрышную войну под обещание неограниченной поддержки со стороны других государств. Те, кто принял это решение и помог его принять, а также продолжает эскалировать ситуацию, могут обратиться в кассу, но не призывать других к ответственности за последствия неверных решений.

Дьёрдь Варга

„Az ukrajnai háború abszolutizálása – céljának megfelelően – jelentős morális hátteret biztosít az orosz infrastrukturális célpontok, személyek elleni terrorcselekmények végrehajtásához” #moszkvater
„Абсолютизация войны на Украине в соответствии с ее целью создает значительный моральный фон для совершения террористических актов против российских граждан и объектов инфраструктуры” Fotó:EUROPRESS/Handout/Russian Defence Ministry/AFP

Паника, вызванная текущими результатами войны на Украине, ежедневно подталкивает страны политического Запада, находящиеся в авангарде антироссийской политики, к новым эскалационным шагам. Президент Франции Макрон призывает ввести войска на Украину, за ним следуют министр иностранных дел Польши Сикорский, глава Чехии и страны Балтии. В это же время Берлин признает, что немецкие генералы на перехваченном 19 февраля совещании планировали уничтожить Крымский мост ракетами „Таурус”, причем не обязательно с помощью немецких войск, а с помощью британских, американских и французских, уже находящихся на Украине. По словам министра иностранных дел Сикорского, в этом нет никакого риска, поскольку россияне терпеливо переносят повышение ставок, начиная с касок, танков и реактивных систем залпового огня, заканчивая решением о поставках истребителей F-16.

„Это правда, что мысль о коллективной обороне может так обмануть политиков?”

Благодаря санкционной политике экономические показатели ЕС снизились в мировом масштабе. Особенно плохие показатели у „локомотива Европы” – Германии. Политическое решение НАТО по поводу войны на Украине, в соответствии с которым НАТО не является стороной конфликта – остается в силе и сегодня. В то же время ключевые представители политического Запада, включая генерального секретаря НАТО, продолжают призывать страны-члены поддержать Украину, не делая различий между поддержкой и участием военных сил. Ситуация неоднозначная, и, по сообщениям последних недель, надежд на разрешение противоречий мало.

Пожалуй, одним из самым важных противоречий является вопрос о правовой связи между декларируемыми антироссийскими действиями на уровне стран-членов и потенциальным ответом России, который необходимо прояснить до того, как первая российская ракета поразит европейскую цель:

„почему НАТО должна предоставлять коллективную защиту странам, провоцирующим Россию на двусторонней основе ради собственного удовольствия?”

Не вдаваясь в подробности причин конфликта на Украине (2014-2022 гг.) и войны на Украине (с 24 февраля 2022 г.), а также в ответственность действующих лиц, отмечу лишь один факт: Москва и Киев при посредничестве Турции парафировали соглашение о прекращении войны в Стамбуле через шесть недель после ее начала. Политический Запад блокировал подписание документа, призывал к продолжению войны и продолжает делать это сегодня. ЕС не принял ни одного призыва к переговорам ни до, ни после. Украина запретила возможность украинско-российских переговоров президентским указом (4 октября 2022 года), а Вашингтон организовал коалицию из примерно 40 западных стран против России в военной сфере (финансирование, поставки оружия, обмен разведданными, предоставление спутников, международные перевозки, торговля энергией, спорт, связь и т. д.).

„Политический Запад уничтожает институт нейтралитета на корню: <кто остается нейтральным, тот помогает Путину>”

Конституционно нейтральные страны, такие как Швейцария, Австрия, Молдова, давно стали участниками военного процесса; правящие элиты, неспособные или не желающие противостоять давлению политического Запада, предпочитают игнорировать собственные конституции, нанося ущерб своим национальным интересам.

Политический Запад скрывает от собственного общества главную особенность войны на Украине: Россия не нападала и не применяла санкции ни к одному государству-члену ЕС или НАТО, у стран ЕС и НАТО не было прямых причин участвовать в войне.

(О причинах войны и содержании эскалации я подробно рассказывал в своей статье на Moszkvater.com: „Как Запад разваливает Украину?”).

Когда США бомбили Сербию, союзника России и Китая, эта агрессия, понятно, не понравилась Москве и Пекину, но они не стали вмешиваться и доводить ситуацию до состояния, близкого к войне. То же самое произошло с Ираком, Ливией и Сирией. Таким образом, глобальные последствия этих конфликтов были гораздо более ограниченными по сравнению с войной в Украине, и Европа (ЕС), и другие части мира выиграли от отсутствия масштабирования конфликта.

„Абсолютизация войны на Украине, ее расширение с глобальными последствиями не отвечает интересам ни Украины, ни Европы и, более того, затрагивает многих международных игроков по всему миру, особенно беднейшие страны, которым трудно справляться с непредсказуемостью глобальных экономических процессов”

Украина не была и не является членом ЕС или НАТО. Эти интеграционные организации по собственному выбору привели свои страны-члены в бой, добровольно включившись в различные измерения войны против России. Они постоянно повышают уровень своего участия и тем самым неуклонно увеличивают собственную уже осязаемую уязвимость в результате логически ожидаемой реакции России.

Сначала каски, затем медленные поставки всех видов оружия, массовая подготовка украинских солдат, затем объявление об участии западных солдат и признание участия тех, кто уже там, свидетельствуют о значительном повышении уровня кризиса. Спираль эскалации раскручивается. Результат для западной (и украинской) стороны катастрофичен, американский актор стал непредсказуем по внутриполитическим причинам. Проект, похоже, рушится, и поэтому координаторы плана пытаются эскалировать войну с европейскими акторами – уповая на чудо и на внеполевые средства (смена режима, проведение шокирующих терактов на территории России). При нынешних результатах ответственность очевидна: кто и в чьих интересах разрушает Украину?

„Кто несет ответственность за потери Украины после апреля 2022 года – после блокирования подписания Стамбульского соглашения? Запад уходит от ответа и нагнетает обстановку, активно вовлекая в нее страны, готовые к провокациям”

Абсолютизация войны на Украине в соответствии с ее целью создает значительный моральный фон для совершения террористических актов против российских граждан и объектов инфраструктуры. Подобного подхода мы не наблюдаем в случае военных интервенций и актов агрессии западных стран: в западных обществах мы бы не приняли террористический акт, совершенный сербом, афганцем, иракцем, сирийцем или ливийцем на территории США или любой другой соответствующей западной страны, даже если бы этот человек справедливо считал (или продолжает считать) неприемлемыми бомбардировки или оккупацию его страны США, Великобританией, Францией и т. д. Это все равно террористический акт, а не акт войны.

„Организованный и исполненный государством терроризм стал нормой на Западе. Террористические акты (против людей и инфраструктуры), совершенные за последние два года, не были осуждены или призваны к расследованию ни США, ни ЕС”

Искать интересы России в подрыве трубопроводов Северного потока сегодня уже неактуально – очевидно, что их нет. Политический Запад на всех уровнях заблокировал расследование крупнейшего террористического акта, направленного на разрушение гражданской инфраструктуры. На расследование ООН наложено вето, результаты собственных расследований прибрежных государств засекречены – безусловно, это скрывает улики, именно, против русских. Чтобы замылить фон, интересы и основное направление, указанное несколькими источниками как план и исполнение США – при эффективной помощи немецкой разведки и СМИ – подозрение было переложено на бедных украинцев. Логическое заблуждение игнорируется: зачем поддерживать украинский режим, разрушающий стратегическую инфраструктуру Германии (ЕС)? Но не так много аналитических материалов было опубликовано по главному вопросу: мы являемся частью альянса, в котором не преследуется совершение террористического акта против члена альянса, если цель морально оправдана – борьба со Злом во всех измерениях. (США подвергли строительство „Северного потока” санкциям уже с 2019 года, потому что они имеют право решать, у кого Германия покупает газ).

„Политический Запад дал добро на нанесение ударов практически по любой российской цели, абсолютизировав Зло и узаконив средства борьбы с ним”

Чем отличаются мотивы украинского гражданина от мотивов гражданина страны, прошедшей через аналогичный процесс, если посмотреть на их отношение к агрессору? Нет разницы, и за последние десятилетия не было выдвинуто ни одного аргумента в пользу того, что террористические акты могут быть морально или фактически поддержаны. Политический Запад своим нынешним попустительским/солидарным отношением создает прецедент, который в ближайшие десятилетия может обернуться очень тяжелыми последствиями. Успешные убийства бежавших в Россию украинских общественных деятелей (парламентариев, чиновников местных администраций), корреспондентов, которые Киев признает целесообразными, подрыв Керченского моста грузовиком со взрывчаткой и с жертвами среди мирного населения, а также неустанная поддержка западными СМИ военного сюжета „русские расстреливают под собой Запорожскую АЭС” остались без внимания.

„Разрушение международных правовых границ для целей войны стало повседневным явлением”

В марте 2022 года эксперты по правовым вопросам в немецком парламенте определили обучение украинских солдат в Германии как участие в войне. Для сравнения: немецкие генералы в настоящее время планируют уничтожение российских стратегических объектов на территории России, а „более смелые” страны-провокаторы критикуют канцлера Германии за слабость, которая заключается в том, что он еще не дал разрешения на поставку на Украину ракет дальностью 500 км. В паузах между провокациями Франции, Германии, Великобритании, Польши, Чехии, Литвы, Латвии, Эстонии политики пугают 450 миллионов граждан ЕС, что „мы должны готовиться к войне с Россией”.

И они правы, потому что перед лицом таких провокаций нужно быть готовым к тому, что рано или поздно российское руководство увидит критическую черту в антироссийских военных, экономических, гуманитарных, информационных, террористических и т.д. действиях и будет рассматривать некоторые страны как участников войны, реагируя военным образом на провокации, которые атакуют все более чувствительные точки.

Если посмотреть на рост вовлеченности Запада в ситуацию на Украине и его санкционную политику против России (сейчас мы находимся на пороге 14-го пакета санкций ЕС), то можно быстро определить группу стран, которые находятся в авангарде введения новых санкций и принуждения к поставкам новых видов вооружений, невзирая на очевидные прямые убытки для 450-миллионного населения и экономики ЕС и все более вероятную возможность прямой войны между НАТО и Россией. Риторика этих стран-провокаторов все больше распространяется на государства-члены, призывающие к скорейшему прекращению войны, а их действия практически напрямую реализуют новые антироссийские требования украинского руководства, будь то энергетика, рынки, передача новых видов вооружений или „просто” ограничение участия российских спортсменов и артистов на международном уровне – путем применения коллективной вины на „ценностной основе ЕС”.

Все служит интересам победы, при все более очевидной моральной деградации политического Запада; старые правила не действуют, новые – только для России, потому что то, что происходит сегодня, – это то, чего еще никогда не было в истории человечества, – война между двумя странами (вне ЕС и НАТО).

„Глава <ценностно-ориентированной> дипломатии ЕС находится в авангарде продвижения лозунга „пусть вопрос решается на поле боя”. Что-то здесь не так: нормой в истории человечества было смягчение, изоляция, а не эскалация и интернационализация конфликтов со всеми их европейскими и глобальными последствиями”

Политический Запад, и особенно государства-провокаторы, создают у 450-миллионного населения ЕС ощущение, что Европа находится под угрозой российского нападения. В то же время очевидно, что нынешний уровень конфронтации между Западом и Россией, основанный на решениях политического Запада в этом направлении, может быть смягчен в любой момент, в том числе путем прекращения войны. Отношения ЕС и России, а также НАТО и России были эскалированы Западом до сегодняшнего почти безграничного уровня, и Запад может снизить эскалацию.

„Не проходит и дня, чтобы один из 32 министров обороны, 32 начальников штабов и 32 военных разведслужб НАТО, насчитывающего сегодня 32 страны, не обнародовал свою оценку дня, когда мы вот-вот начнем войну между НАТО и Россией”

И эти тревожные новости, как ни странно, не побуждают правительства к осторожности, а, напротив, некоторые из них еще больше расшатывают предел терпимости Москвы. Другими словами, они сами не верят в войну, инициированную Москвой, потому что все еще видят возможности для дальнейшей эскалации – если предположить, что на Западе действуют рациональные игроки, то события последних недель можно интерпретировать только таким образом.

Решение заключается в возвращении к рациональности: государства должны проводить внешнюю политику, последствия которой они могут контролировать собственными национальными средствами. Государство не должно прикрываться возможностями 31 другой страны-члена НАТО, чтобы провоцировать ядерные державы и макроигроков мировой экономики.

„Перспектива коллективной обороны дает некоторым политикам и правительствам ложное чувство безопасности: „эффект банды” делает самодовольными страны, которые без защитного зонтика НАТО, безусловно, были бы вынуждены проводить нормальную внешнюю политику, то есть формировать свою внешнюю политику пропорционально имеющемуся в их распоряжении экономическому и военному потенциалу”

Нормальность национальной внешней политики подразумевает наличие внешнеполитической стратегии и действий по отношению к другим международным акторам, последствия которых национальные государства в состоянии регулировать собственными средствами. Сегодня некоторые члены НАТО, по-видимому, этого не делают; они исходят из возможностей НАТО, и их повседневная риторика как раз об этом свидетельствует. Если мы посмотрим на роль стран Балтии, насчитывающих от 1,5 до 1,8 миллиона человек, в управлении конфликтом на Украине и его военной фазой, то увидим, что эти страны находятся в авангарде эскалации риторики войны без реалистичных экономических и военных возможностей. Они находятся на переднем крае ужесточения санкционной политики, выдвижения во главу угла всех антироссийских процессов, и их инициативы напрямую затрагивают почти миллиард человек в НАТО, при этом соотношение военного бюджета и возможностей Альянса составляет примерно 1:1000 (нулевые возможности по нескольким параметрам).

„Нет уверенности, что поляки, немцы или французы ответили бы <да> на своевременно и правильно заданный вопрос: <Принимаете ли вы на себя риски дальнейшего провоцирования России без коллективной защиты НАТО?>”

И если эти народы не берут на себя ответственность на национальной основе за провокации, инициированные их правительствами, то почему ее должны брать на себя народы, которые изначально хотели мира и не несут никакой ответственности перед Украиной за эскалацию войны до сих пор?

Все государства имеют равные права в соответствии с Уставом ООН. Если у Польши или Литвы есть проблемы и они могут играть польско-российскую или литовско-российскую игру на двусторонней основе, тогда вперед, следуйте воинственной внешней политике, объявленной министром иностранных дел Сикорским и министром иностранных дел Ландсбергисом, и наносите России как можно больше ударов ниже пояса – мы с интересом ждем результатов. Однако было бы неплохо избежать глобального плача, вызванного провокационными действиями на национальном уровне, ситуации, в которой „Россия напала на члена НАТО Польшу, нанесла удар по литовской цели после того, как их войска случайно столкнулись на поле боя на Украине. Россия, напавшая на члена НАТО, должна получить немедленный и достойный ответ в соответствии со статьей 5 Вашингтонского договора, используя весь потенциал НАТО”.

„Необходимо вовремя дать понять, что для стран-провокаторов не существует коллективной защиты”

Возможно, еще не поздно обратить внимание на эти мелочи сегодня, пока некоторые политики, без вышеупомянутых консультаций со своими обществами и без реальных возможностей своих стран, не решились запустить военные инициативы с последствиями для всех членов НАТО, которые они не могут (или, возможно зная о своих возможностях, вообще не собирались) регулировать на национальной основе.

Автор, д-р Дьёрдь Варга является дипломатом и специализировался на постсоветском пространстве. Получил докторскую степень по теории международных отношений и преподавал в университете предметы стратегического планирования, политики безопасности и теории международных отношений. Он представлял Венгрию в качестве дипломата на Украине, был советником-посланником в Москве, послом в Молдове и главой Миссии Наблюдателей Организации по Безопасности и Сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) в России (2017-2021). В последней должности от имени организации он провел четыре года перед войной на границе России и не подконтрольной украинскому правительству территории, осуществляя непрерывное наблюдение в целях содействия разрешению конфликта. Член общественного совета Венгерской Академии Наук.

MEGOSZTÁS